Пять мифов о долгах, которые держат людей в ловушке годами
Меня зовут Андрей, я занимаюсь банкротством физических лиц уже девять лет. И знаете что? Каждый второй клиент, который приходит ко мне, опоздал на год, а то и на три. Почему? Верил в мифы.
Короче, давайте разберём пять самых живучих страшилок. Одну за одной. С именами, цифрами, историями из практики.
Миф первый: «Заберут единственную квартиру»
Это самый популярный страх. Серьёзно.
Ко мне пришла Татьяна из Перми, три года платила коллекторам хоть что-то (пятьсот рублей, тысячу), лишь бы «не забрали квартиру». Долг за эти три года вырос с четырёхсот тысяч до семисот пятидесяти. Квартира стоит два миллиона. Она боялась зря.
Статья 446 ГПК РФ прямо говорит: единственное жилое помещение неприкосновенно. Квартира, дом, комната (если это единственное жильё и оно не в ипотеке) не берётся ни при банкротстве, ни при исполнительном производстве. Точка.
Исключение одно: ипотека. Залоговое жильё продадут (кстати, это работает ровно так, как прописано в ипотечном договоре, который вы сами подписали). Но обычная квартира? Не тронут.
Мы подали заявление, долг Татьяны списали полностью. Квартира осталась при ней. Она потеряла три года и триста пятьдесят тысяч рублей лишних процентов. Вот что делает этот миф.
Миф второй: «После банкротства кредит не дадут никогда»
Дадут. Через год-два.
Михаил из Екатеринбурга боялся именно этого. Пятьсот тысяч долга по шести кредитам, три просрочки больше года. Скоринг в банках: ноль. Но он не шёл на банкротство, потому что «потом вообще кредитов не видать».
Ну вот, давайте по закону. По закону вы обязаны пять лет сообщать о факте банкротства при подаче заявки на кредит. Это обязанность уведомить, не запрет получить. Разница огромная (проверял лично по клиентам).
После банкротства у человека ноль долгов. Для банковского алгоритма это лучше, чем шесть просрочек с суммой задолженности полмиллиона. Через полгода после завершения дела некоторые банки дают кредитные карты с небольшим лимитом. Через год-полтора потребительские кредиты. Через два года история начинает восстанавливаться нормально.
Михаил прошёл банкротство, долг списали. Через восемь месяцев взял карту с лимитом тридцать тысяч. Через полтора года (проверял) оформил рассрочку на технику. Жизнь идёт.
Миф третий: «На работе узнают, уволят»
Работодатель не получает никаких уведомлений. В трудовую книжку ничего не вносится. Банкротство физического лица не входит в перечень оснований для увольнения по Трудовому кодексу.
Единственное реальное ограничение: три года нельзя занимать должность генерального директора и входить в совет директоров. Рядовых сотрудников, менеджеров, специалистов это не касается от слова «совсем».
Есть ещё ограничение для банкиров (три года нельзя руководить банком) и страховщиков (пять лет). Но и это касается только руководящих позиций.
Откуда вообще взялся миф? Думаю (честно говоря) из-за путаницы с банкротством юридических лиц. Там действительно бывают последствия для директоров. Физическое банкротство работает совсем иначе.
Миф четвёртый: «Всё узнают, это позор»
Вы когда последний раз читали «Коммерсантъ»? Или заходили на сайт ЕФРСБ (Единый федеральный реестр сведений о банкротстве)?
Вот и коллеги ваши не читают. И соседи. И друзья.
Да, сведения о банкротстве публикуются. В «Коммерсанте» (официальное издание для таких объявлений) и в ЕФРСБ. Но кто их читает целенаправленно, чтобы найти конкретного Сергея Иванова из Новосибирска? Никто.
Ко мне приходил Игорь, врач из Краснодара. Долг восемьсот тысяч, несколько МФО. Боялся, что узнают в больнице. Не узнали. Совсем. Дело прошло, долг списали, он работает на том же месте. Уже два года прошло (проверял, он иногда пишет).
Коллекторы, кстати, звонят по месту работы куда охотнее (и это нарушение закона, между прочим). Но если человек долго не банкротится и долг висит, вот тогда реально могут позвонить в бухгалтерию. Банкротство, наоборот, прекращает всё это.
Миф пятый: «Банкротство очень дорого»
Смотря с чем сравнивать.
Через МФЦ банкротство вообще бесплатное. Серьёзно (это называется внесудебное банкротство). Условия: долг от пятидесяти тысяч до пятисот тысяч рублей, и приставы уже закрыли дело из-за отсутствия имущества.
Через суд: госпошлина триста рублей плюс вознаграждение финансового управляющего двадцать пять тысяч рублей плюс расходы на публикации (в среднем пятнадцать-двадцать тысяч). Итого от сорока до сорока пяти тысяч. Если брать юриста, добавьте ещё тридцать-восемьдесят тысяч в зависимости от сложности дела.
Короче, возьмём минимум: сорок две тысячи рублей. А долг у среднего клиента, который ко мне приходит, семьсот тысяч. Вы платите сорок две тысячи и избавляетесь от шестисот пятидесяти восьми тысяч. Это не дорого, это выгодно.
Варя из Самары три года откладывала банкротство, потому что «дорого». За три года она выплатила банкам сто восемьдесят тысяч рублей, долг при этом вырос с восьмисот тысяч до миллиона ста (проценты и штрафы не стоят на месте). В итоге всё равно пришла ко мне. Заплатила сорок пять тысяч. Списали всё.
Почему эти мифы живут?
Ну вот, хороший вопрос. Мифы выгодны тем, кто на вас зарабатывает. Банкам, МФО, коллекторам. Пока вы боитесь и не банкротитесь, вы продолжаете платить проценты, штрафы, комиссии.
Коллекторы сами по телефону рассказывают про «заберут квартиру» и «уволят с работы». Это психологическое давление, не юридический факт. Они нарушают закон 230-ФЗ, если угрожают имуществом, которое по закону трогать нельзя.
Вы имеете право знать свои права (извините за тавтологию). Статья 446 ГПК, статья 213.30 закона о банкротстве, закон 230-ФЗ о коллекторах. Закон написан в том числе для вашей защиты.
Если вы узнали себя хотя бы в одном из этих мифов, запишитесь на консультацию. Первый разговор бесплатный. Я скажу честно: подходит ли вам банкротство, сколько реально стоит, что будет с имуществом. Без страшилок.